ГлавнаяАналитикаНе российская пропаганда. Foreign Relations о "переговорах, которые могли положить конец войне на Украине"

Не российская пропаганда. Foreign Relations о “переговорах, которые могли положить конец войне на Украине”

Foreign Relations сообщает о мирных переговорах между Россией и Украиной в марте 2022 года и по сути подтверждает заявления России о том, что война могла бы закончиться уже в апреле 2022 года, но этого не захотели, в первую очередь, США.


В данной статье упоминается американская организация RAND Corporation (“РЭНД корпорейшн”), внесенная в реестр организаций, деятельность которых признана нежелательной в РФ. Для удобства читателей информация об этом публикуется до основного текста.


В очередной раз выяснилось, что злобная “российская пропаганда” обычно сообщает правду. Читатели моих сайтов знают о том, что в марте 2022 года между Россией и Украиной состоялись мирные переговоры. Однако в начале апреля в Киев приехал британский премьер-министр Борис Джонсон, после чего о дипломатическом решении конфликта в Киеве больше не говорили, вместо этого заявив, что оно должно быть принято на поле боя.

Мирные переговоры, о которых молчат западные СМИ

На мирных переговорах в конце марта 2022 года Киев выдвинул предложение, суть которого заключалась в том, чтобы Украина оставалась нейтральной страной и не вступала в НАТО. Взамен Россия даже хотела поддержать стремление Киева вступить в ЕС. Спорные территориальные вопросы должны были быть решены спокойно и полюбовно через 10-15 лет, то есть когда улягутся все нервы.

Конечно, не все детали были окончательно прояснены, поскольку Россию все еще беспокоили права этнических русских на Украине, а будущее ограничение вооружений украинской армии все еще обсуждалось, но в целом в конце марта ситуация была близка к прекращению огня.

Для моих читателей все это не новость, поскольку я рассказывал о том, что Владимир Путин открыто озвучил предложение Киева на встрече с главами африканских государств и правительств летом 2023 года и даже показал его перед камерами. Однако для потребителей немецких мейнстримных СМИ это новость, поскольку те практически не сообщали об этом.

То же самое можно сказать и об очень интересной статье, совместно опубликованной в ноябре 2023 года генералом в отставке Харальдом Куятом, бывшим генеральным инспектором бундесвера, Михаэлем фон дер Шуленбургом, уважаемым немецким дипломатом, десятилетиями работавшим в ООН и ОБСЕ, и Хайо Функе, почетным профессором политологии Института Отто Зюра Свободного университета Берлина. В статье они подробно проанализировали переговоры между Россией и Украиной в марте 2022 года, а также показали текст договора, предложенного Киевом. Кроме того, они указали на то, как США и Великобритания препятствуют заключению мира. С оригиналом статьи вы можете ознакомиться здесь, а с моим анализом – здесь.

Сэмюел Чарап, старый знакомый

Неприятная правда о том, что на Украине мог бы наступить мир в апреле 2022 года, если бы США и Великобритания этого захотели, либо полностью скрывается на Западе, либо клеймится как “российская пропаганда”. Поэтому я был очень удивлен, обнаружив статью в Foreign Affairs, газете чрезвычайно влиятельного Council on Foreign Relations (Совета по международным отношениям), которая в значительной степени подтверждает так называемую “российскую пропаганду”.

Что особенно примечательно, так это то, что статья написана Сэмюелем Чарапом. Чарап также работает в очень влиятельной корпорации RAND и был автором документа RAND от января 2023 года, о реализации которого я впоследствии сообщал. Чарап также сидит за столом, например, когда Вольфганг Шмидт, глава федеральной канцелярии и, вероятно, ближайшее доверенное лицо Олафа Шольца, приезжает в Вашингтон на переговоры по Украине. Так что Чарап – не просто какой-то мелкий писака, когда он что-то пишет, к этому стоит внимательно присмотреться.

Вместе с соавтором Чарап написал статью для Foreign Affairs о мирных переговорах между Россией и Украиной в марте-апреле 2022 года. В статье авторы в основном подтверждают то, что было известно о переговорах со стороны России, и о чем я уже сообщал.

Однако авторам удалось сделать нечто невероятное: с одной стороны,голые факты, о которых они сообщают, подтверждают, что США и Великобритания помешали установлению мира в апреле 2022 года. С другой же стороны, авторы отрицают это, так что статья содержит некоторые удивительные противоречия.

Я нашел для вас перевод статьи, во-первых, чтобы показать, что российская версия событий теперь подтверждается и в США – по крайней мере, в значительной степени, – а во-вторых, чтобы вы, уважаемые читатели, могли убедиться в этом сами, поскольку статьи Чарапа заслуживают того, чтобы их читали люди, интересующиеся политикой. Я позволил себе добавить упущенные моменты, а также несколько собственных комментариев в скобках, чтобы отметить наиболее интересные, на мой взгляд, детали:


Переговоры, которые могли положить конец войне на Украине

Скрытая история дипломатии, которая потерпела неудачу, но несет в себе уроки для будущих переговоров

Рано утром 24 февраля 2022 года российские ВВС нанесли удары по объектам на территории Украины. В то же время российская пехота и бронетехника хлынули в страну с севера, востока и юга. В последующие дни русские попытались окружить Киев.

Это были первые дни и недели вторжения, которое вполне могло привести к поражению и подчинению Украины Россией. Оглядываясь назад, кажется почти чудом, что этого не произошло.

То, что произошло на поле боя, относительно хорошо изучено. Менее известна одновременная интенсивная дипломатия с участием России, Украины и множества других игроков, которая могла бы привести к урегулированию всего через несколько недель после начала войны.

К концу марта 2022 года в результате серии личных встреч в Белоруссии и Турции и виртуальных встреч посредством видеоконференций было принято так называемое Стамбульское коммюнике, в котором описаны рамки урегулирования. Затем украинские и российские переговорщики начали работать над текстом договора, добившись существенного прогресса на пути к соглашению. Но в мае переговоры прервались. Война продолжилась и с тех пор унесла десятки тысяч жизней с обеих сторон.

Что случилось? Насколько стороны были близки к прекращению войны? И почему они так и не заключили сделку?

Чтобы пролить свет на этот часто упускаемый из виду, но крайне важный эпизод войны, мы проанализировали проекты соглашений, которыми обменялись две стороны, некоторые детали которых ранее были неизвестны. Мы также провели интервью с несколькими участниками переговоров, а также с чиновниками, работавшими в ключевых западных правительствах того времени, которым мы обеспечили анонимность для обсуждения деликатных вопросов. Кроме того, мы изучили многочисленные современные и недавние интервью и заявления украинских и российских официальных лиц, которые находились на месте событий во время переговоров. Большинство из них доступны на YouTube, но не на английском языке и поэтому малоизвестны на Западе. Наконец, мы тщательно проанализировали хронологию событий с начала вторжения до конца мая, когда переговоры были сорваны. Когда мы собрали все эти кусочки воедино, то обнаружили нечто удивительное – и это может иметь серьезные последствия для будущих дипломатических усилий по прекращению войны.

Некоторые аналитики и официальные лица (в том числе, в первую очередь, президент России Владимир Путин) утверждали, что на столе переговоров была сделка, которая могла бы положить конец войне, но украинцы отказались от нее из-за сочетания давления со стороны их западных покровителей и ошибочных предположений Киева о военной слабости России. Другие аналитики полностью отвергли важность переговоров, заявив, что стороны просто обсуждали предложения и выигрывали время для перегруппировки сил на поле боя и что проекты соглашений были несерьезными.

Хотя эти интерпретации содержат зерно истины, они больше скрывают, чем проясняют. Эта история не поддается простому объяснению. Кроме того, подобные однопричинные объяснения полностью упускают из виду факт, который, в ретроспективе, кажется необычным: в разгар беспрецедентной агрессии Москвы русские и украинцы почти заключили соглашение, которое положило бы конец войне и предоставило бы Украине многосторонние гарантии безопасности, проложив путь к ее постоянному нейтралитету и, в будущем, к членству в ЕС.

Однако окончательное соглашение оказалось невозможным по ряду причин. Западные партнеры Киева не хотели участвовать в переговорах с Россией, особенно в таких, которые могли бы создать для них новые обязательства по обеспечению безопасности Украины. Общественное настроение на Украине ухудшилось после того, как стало известно о событиях в Ирпене и Буче. А после провала российского окружения Киева президент Зеленский стал более уверен в том, что при достаточной поддержке Запада он сможет выиграть войну на поле боя. Наконец, хотя попытка сторон разрешить давние споры по поводу архитектуры безопасности открывала перспективу разрешения войны и устойчивой региональной стабильности, переговорщики стремились добиться слишком многого и слишком рано. Они пытались добиться всеобъемлющего урегулирования, даже несмотря на то, что элементарное прекращение огня оказалось недостижимым.

Сегодня, когда перспективы переговоров кажутся туманными, а отношения между сторонами практически отсутствуют, история переговоров весной 2022 года может показаться пустым анализом, который не может дать выводы, применимые к нынешним обстоятельствам. Но Путин и Зеленский удивили всех своей взаимной готовностью рассмотреть далеко идущие уступки, чтобы положить конец войне. В будущем они вполне могут снова всех удивить.

ЗАВЕРЕНИЯ ИЛИ ГАРАНТИИ?

Чего русские хотели добиться вторжением на Украину? 24 февраля 2022 года Путин выступил с речью, в которой он обосновал вторжение, упомянув расплывчатую цель «денацификации». Наиболее разумной интерпретацией «денацификации» было то, что Путин стремился свергнуть правительство в Киеве, возможно, убив или захватив Зеленского.

Однако через несколько дней после начала вторжения Москва начала искать компромиссы. Война, которая по ожиданиям Путина должна была быть легкой прогулкой, оказалась совсем другой, и эта ранняя открытость к переговорам показывает, что Путин, похоже, быстро отказался от идеи прямой смены режима. Зеленский, как и до войны, выразил заинтересованность в личной встрече с Путиным. Хотя Путин отказался разговаривать напрямую с Зеленским, он все же назначил переговорную команду. Посредником выступил президент Белоруссии Александр Лукашенко.

Переговоры начались 28 февраля в одной из просторных загородных резиденций Лукашенко недалеко от села Лясковичи, примерно в 30 милях от украинско-белорусской границы. Украинскую делегацию возглавил Давид Арахамия, парламентский лидер партии Зеленского, в нее вошли министр обороны Алексей Резников, советник президента Михаил Подоляк и другие высокопоставленные чиновники. Российскую делегацию возглавил Владимир Мединский, старший советник президента России, ранее занимавший пост министра культуры. В состав также входили заместители министров обороны и иностранных дел.

На первой встрече русские выдвинули ряд жестких условий, фактически требуя капитуляции Украины. Это было бесперспективно. Но поскольку положение русских на поле боя продолжало ухудшаться, их позиции за столом переговоров становились менее требовательными. 3 и 7 марта стороны провели второй и третий раунд переговоров, на этот раз в Каменюках, Белоруссия, прямо под границей с Польшей. Украинская делегация выдвинула свои требования: немедленное прекращение огня и создания гуманитарных коридоров, которые позволили бы гражданскому населению безопасно покинуть зону боевых действий. Именно в ходе третьего раунда переговоров россияне и украинцы, судя по всему, впервые рассмотрели проекты соглашений. По словам Мединского, это были российские проекты, которые делегация Мединского привезла из Москвы и которые отражали настойчивость Москвы по нейтральному статусу Украины.

На этом этапе личные встречи прервались почти на три недели, хотя делегации продолжали встречаться через Zoom. В ходе этих разговоров украинцы начали сосредотачиваться на вопросе, который станет центральным в их видении окончания войны: гарантии безопасности, которые обязывают другие государства прийти на защиту Украины, если Россия снова нападет в будущем. Не совсем ясно, когда Киев впервые поднял этот вопрос в разговорах с россиянами и западными странами. Но 10 марта министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба, находившийся тогда в Анталье (Турция) на встрече со своим российским коллегой Сергеем Лавровым, говорил о «системном, устойчивом решении» для Украины, добавив, что украинцы «готовы к обсуждению» гарантий, которые он надеялся получить от стран-членов НАТО и России.

Судя по всему, Кулеба имел в виду многостороннюю гарантию безопасности, договоренность, согласно которой соперничающие державы берут на себя обязательства по обеспечению безопасности третьего государства, обычно при условии, что оно не будет присоединяться ни к одному из гарантов. Такие соглашения вышли из моды после Холодной войны. В то время как такие альянсы, как НАТО, предназначены для коллективной обороны против общего врага, многосторонние гарантии безопасности предназначены для предотвращения конфликтов между гарантами по поводу присоединения гарантируемого государства и, как следствие, обеспечения безопасности этого государства.

У Украины был горький опыт с менее жесткой версией такого рода соглашения: многосторонними заверениями безопасности, а не гарантиями. В 1994 году она подписала так называемый Будапештский меморандум, присоединившись к Договору о нераспространении ядерного оружия и отказавшись от третьего по величине ядерного арсенала в мире. Взамен Россия, Великобритания и США пообещали, что не будут нападать на Украину. Однако, вопреки широко распространенному заблуждению, в случае агрессии против Украины Будапештский меморандум требовал от подписавших сторон лишь созвать заседание Совета Безопасности ООН, а не вступить на защиту Украины.

(Примечание: я часто указываю на это, потому что многие западные “эксперты” трактуют это по-другому. Будапештский меморандум не содержал никаких обязательств для держав-гарантов прийти на помощь Украине военным путем. В Будапештском меморандуме Киев обязался отказаться от ядерного оружия, но 19 февраля 2022 года Зеленский на Мюнхенской конференции по безопасности под аплодисменты западных высокопоставленных лиц открыто заявил, что Украина будет вооружаться ядерным оружием (против России). Поэтому у России была объективная причина для военного вмешательства буквально через пять дней, чтобы не допустить этого. О том, что это было одной из причин российского вмешательства, говорит тот факт, что Россия в ходе военной операции силами специальных подразделений первым делом взяла под контроль украинские атомные электростанции).

Полномасштабное вторжение России – и холодная реальность того, что Украина вела в одиночку войну за свое существование – заставило Киев найти способ положить конец агрессии и гарантировать, что она никогда больше не повторится. 14 марта, когда две делегации встречались через Zoom, Зеленский разместил на своем Telegram-канале сообщение с призывом к «нормальным, эффективным гарантиям безопасности», которые не были бы «как будапештские». В интервью украинским журналистам два дня спустя его советник Подоляк объяснил, что Киеву нужны «абсолютные гарантии безопасности», которые потребуют, чтобы «подписавшие… не оставались в стороне в случае нападения на Украину, как это происходит сейчас. Вместо этого они [примут] активное участие в защите Украины в конфликте».

Требование Украины не оставлять ее снова на произвол судьбы вполне понятно. Киев хотел (и до сих пор хочет) иметь более надежный механизм обеспечения своей безопасности, чем добрая воля России. Но получить гарантию будет сложно. Нафтали Беннетт был премьер-министром Израиля на момент переговоров и активно выступал посредником между двумя сторонами. В интервью журналисту Ханоху Дауму, опубликованном в сети в феврале 2023 года, он вспоминал, что пытался отговорить Зеленского от зацикливания на вопросе гарантий безопасности. «Есть шутка о парне, пытающемся продать Бруклинский мост прохожему», — объяснил Беннетт. «Я сказал: «Америка даст вам гарантии?» Она возьмет на себя обязательство, что через несколько лет, если Россия что-то нарушит, она пошлет солдат? После ухода из Афганистана и всего такого?» Я ему сказал: «Владимир, этого не будет».

Другими словами: если США и союзники не желали предоставлять Украине такие гарантии (например, в виде членства в НАТО) до войны, то зачем им это делать после того, как Россия так ярко продемонстрировала свою готовность напасть на Украину? Украинские переговорщики выработали ответ на этот вопрос, но в конечном итоге он не убедил их западных коллег, не склонных к риску. Позиция Киева заключалась в том, что, как предполагала проектируемая концепция гарантий, Россия также будет гарантом, а это будет означать, что Россия, по сути, согласится с тем, что другие гаранты будут обязаны вмешаться, если она снова нападет. Другими словами, если Россия подпишется под тем, что любая будущая агрессия против Украины будет означать войну между Россией и Соединенными Штатами, она будет также остерегаться атаковать Украину, как она остерегается атаковать члена НАТО.

ПРОРЫВ

В течение марта на всех фронтах продолжались тяжелые бои. Русские попытались захватить Чернигов, Харьков и Сумы, но потерпели полную неудачу, хотя эти три города понесли тяжелый ущерб. К середине марта наступление российской армии на Киев застопорилось, и она понесла тяжелые потери. Обе делегации продолжили переговоры посредством видеоконференций, но вернулись к личной встрече 29 марта, на этот раз в Стамбуле, Турция.

Там они, похоже, добились прорыва. По итогам встречи стороны объявили, что договорились о совместном коммюнике. Условия были описаны в общих чертах во время заявлений обеих сторон для прессы в Стамбуле. Но мы получили копию полного текста проекта коммюнике, озаглавленного «Основные положения Договора о гарантиях безопасности Украины». По словам участников переговоров, у которых мы взяли интервью, проект коммюнике был в основном подготовлен украинцами, а русские предварительно согласились использовать его в качестве основы для договора.

Договор, предусмотренный в коммюнике, провозгласит Украину постоянно нейтральным, неядерным государством. Украина откажется от любого намерения присоединиться к военным союзам или допустить размещение иностранных военных баз или войск на своей территории. В коммюнике в качестве возможных гарантов перечислены постоянные члены Совета Безопасности ООН (включая Россию), а также Канада, Германия, Израиль, Италия, Польша и Турция.

В коммюнике также говорилось, что если Украина подвергнется нападению и потребует помощи, все государства-гаранты будут обязаны после консультаций с Украиной и между собой оказать помощь Украине. Примечательно, что эти обязательства были сформулированы с гораздо большей точностью, чем статья 5 НАТО: введение бесполетной зоны, поставка оружия или прямое вмешательство с использованием собственных вооруженных сил государства-гаранта.

Хотя Украина будет постоянно нейтральной в рамках предложенных рамок, путь Киева к членству в ЕС останется открытым, а государства-гаранты (включая Россию) недвусмысленно «подтвердят свое намерение содействовать членству Украины в Европейском Союзе». Это было просто невероятно: в 2013 году Путин оказал сильное давление на президента Украины Виктора Януковича, чтобы тот отказался лишь от ограниченного соглашения об ассоциации с ЕС. Теперь же Россия была согласна «содействовать» полному вступлению Украины в ЕС.

Хотя заинтересованность Украины в получении таких гарантий безопасности очевидна, непонятно, почему Россия согласилась на все это. Всего за несколько недель до этого Путин пытался захватить столицу Украины, свергнуть ее правительство и навязать марионеточный режим. Кажется неправдоподобным, что он внезапно решил смириться с тем, что Украина, которая теперь, благодаря действиям самого Путина, была более враждебна к России, чем когда-либо, станет членом ЕС, а ее независимость и безопасность будут гарантированы Соединенными Штатами (и другими). И тем не менее, из коммюнике следует, что Путин был готов принять именно это.

(Примечание: на этом моменте в статье начинается пропаганда, поскольку автор, скорее всего, хорошо знает, что у России всегда было и есть только две цели в отношении Украины, а именно: во-первых, чтобы она оставалась нейтральным государством, то есть не вступала ни в какой военный союз, и, во-вторых, чтобы прекратилось угнетение многочисленного русскоязычного меньшинства, что также включает в себя обстрелы Донбасса с 2014 года. В то время Владимир Путин назвал эту цель “денацификацией Украины”. Смена режима, в свою очередь, никогда не была целью России, в лучшем случае она была средством достижения цели, поскольку Россия хотела, чтобы Украина прекратила свою антироссийскую политику и поклонение нацистским военным преступникам как национальным героям. России все равно, какое киевское правительство это сделает, главное, чтобы это произошло. Автор статьи все это наверняка прекрасно знает, однако далее он утверждает, что мы можем “только предполагать”, какие цели преследует Россия).

Мы можем только предполагать, почему. Блицкриг Путина провалился; это стало ясно к началу марта. Возможно, теперь он был готов сократить свои потери, если бы он получил свое самое давнее требование: чтобы Украина отказалась от своих стремлений вступить в НАТО и никогда не размещала силы НАТО на своей территории. Хотя он не получит всю страну, то, по крайней мере, он обеспечит свои основные интересы безопасности, остановит развал российской экономики и восстановит международную репутацию России.

(Примечание: здесь видно, что автор занимается пропагандой, поскольку хорошо известно, что российская экономика не была обескровлена и Россия не находится в международной изоляции. Эти утверждения не соответствуют действительности и, следовательно, не могли быть мотивом для Владимира Путина).

Коммюнике также включает в себя еще одно положение, которое, если оглянуться назад, ошеломляет: оно призывает обе стороны стремиться мирно разрешить свой спор по поводу Крыма в течение следующих десяти-пятнадцати лет. С тех пор как Россия аннексировала полуостров в 2014 году, Москва никогда не соглашалась обсуждать его статус, утверждая, что это регион России, ничем не отличающийся от любого другого. Предлагая провести переговоры по поводу его статуса, Кремль молчаливо признал, что это не так.

(Примечание: согласно всему, что мне известно, это тоже неправда. Да, в коммюнике говорилось, что территориальные споры должны быть решены мирным путем в течение следующих 10-15 лет, но это касалось не только Крыма, но и Донбасса, который в то время уже был признан Россией независимым. Речь в коммюнике шла о решении всех спорных территориальных вопросов между Россией и Украиной, что, по мнению Украины, включало и Крым. Делать из этого вывод о том, что Россия была готова вести переговоры о статусе Крыма, более чем абсурдно. Россия могла бы – при условии хороших отношений с Украиной – быть готова предоставить украинцам в Крыму преференции по сравнению с другими иностранцами, например, или предоставить украинским компаниям в Крыму привилегии по сравнению с другими иностранными инвесторами. Можно только гадать, какого соглашения Россия и Украина могли бы достичь в ближайшие 10-15 лет – при наличии доброй воли, – но статус Крыма как российской территории для России не подлежит обсуждению. Но авторы статьи создают иное впечатление).

ВОЮЕМ И РАЗГОВАРИВАЕМ

В своем выступлении 29 марта, сразу после завершения переговоров, глава российской делегации Мединский звучал оптимистично, поясняя, что обсуждение договора о нейтралитете Украины переходит в практическую фазу и что, учитывая все сложности, связанные с договором, имеющим множество потенциальных гарантов, — не исключено, что Путин и Зеленский подпишут его на саммите в обозримом будущем.

На следующий день он сообщил журналистам, что «вчера украинская сторона впервые письменно зафиксировала свою готовность выполнить ряд важнейших условий для построения будущих нормальных и добрососедских отношений с Россией». Он продолжил: «Они передали нам принципы потенциального будущего урегулирования, зафиксированные в письменной форме».

Тем временем Россия отказалась от попыток взять Киев и начала отвод войск со всего северного фронта. Александр Фомин, заместитель министра обороны России, объявил об этом решении в Стамбуле 29 марта, назвав его попыткой «построить взаимное доверие». Фактически отход был вынужденным отступлением. Русские переоценили свои возможности и недооценили украинское сопротивление и теперь представили свой провал как жест доброй воли, способствующий мирным переговорам.

(Примечание: да, один из любимых мифов Запада гласит, что вывод войск Россией был принудительным. Но любой может обратиться к архивам СМИ и поискать сообщения об интенсивных боях в Киевской области в конце марта 2022 года. Говорю сразу: вы ничего не найдете, потому что там не было никаких интенсивных боев, которые могли бы заставить Россию уйти. Вместо этого, после саммита НАТО, Запад начал оказывать давление на Киев, чтобы тот не шел на переговоры с Россией. Поэтому то, что говорит по этому поводу российская сторона, абсолютно убедительно. Она хотела продемонстрировать Киеву свою добрую волю и надеялась, что для Зеленского будет важнее закончить войну, чем подчиниться Западу. Поэтому вывод российских войск из Киевской области стал важным жестом, доказывающим серьезность намерений России добиться от Киева согласия на урегулирование путем переговоров. Авторы статьи знают, что никаких боевых действий, которые могли бы заставить Россию вывести войска, не было, но они убеждают читателей в обратном).

Отвод войск имел далеко идущие последствия. Он укрепил решимость Зеленского, устранив непосредственную угрозу его правительству, и продемонстрировал, что хваленую военную машину Путина можно отбросить, и даже победить, на поле боя. Это также позволило Западу оказать крупномасштабную военную помощь Украине, освободив пути сообщения, ведущие в Киев. Наконец, отступление подготовило почву для открытия ужасов в Буче и Ирпени.

(Примечание: в своей немецкоязычной программе “Anti-Spiegel-TV”, начиная с 22-й минуты, я рассказал, почему у меня вызывает большие сомнения то, как Запад представляет события в Буче. Кроме того, до сих пор нет ни списка имен предполагаемых жертв Бучи, ни международного расследования. Есть только сообщения западных СМИ).

Сообщения из Бучи начали появляться в заголовках газет в начале апреля. 4 апреля Зеленский посетил город. На следующий день он выступил в Совете Безопасности ООН по видеосвязи и обвинил Россию в совершении военных преступлений в Буче, сравнив российские силы с террористической группировкой «Исламское государство» (также известной как ИГИЛ). Зеленский призвал Совет Безопасности ООН исключить Россию.

(Примечание: история с Бучей произошла ровно тогда, когда это было нужно всем тем, кто хотел продолжения войны и предотвращения мирного урегулирования. СМИ перестали сообщать о скором мирном урегулировании, а только о якобы совершенных Россией военных преступлениях. И – в дополнение к моим сомнениям по поводу западной версии истории с Бучей, о которой шла речь выше, – возникает еще один вопрос: российская армия покидала Бучу без особой спешки, так почему же она не забрала с собой тела, которые якобы валялись повсюду на дорогах?..)

Примечательно, однако, что в то же время обе стороны продолжали круглосуточно работать над договором, который Путин и Зеленский должны были подписать во время саммита, который должен был состояться в не столь отдаленном будущем.

Стороны активно обменивались проектами друг с другом и, судя по всему, начали делиться ими с другими сторонами. (В своем интервью в феврале 2023 года Беннетт сообщил, что видел 17 или 18 рабочих проектов соглашения; Лукашенко также сообщил, что видел как минимум один.) Мы внимательно изучили два из этих проектов: один от 12 апреля, другой от 15 апреля, который, по словам участников переговоров, был последним обменом между сторонами. Они во многом схожи, но содержат важные различия – и показывают, что коммюнике не решило некоторые ключевые вопросы.

Во-первых, в то время как коммюнике и проект от 12 апреля ясно давали понять, что государства-гаранты будут самостоятельно решать, приходить ли на помощь Киеву в случае нападения на Украину, в проекте от 15 апреля русские попытались подорвать эту важнейшую статью, настаивая на том, что такие действия будут происходить только «на основе решения, согласованного всеми государствами-гарантами», что дает вероятному захватчику, России, право вето. Согласно пометке в тексте, украинцы отвергли эту поправку, настаивая на первоначальной формулировке, согласно которой все гаранты имели индивидуальное обязательство действовать и не должны были достигать консенсуса перед действием.

Во-вторых, в проектах есть несколько статей, которые были добавлены в договор по настоянию России, но не вошли в коммюнике и касались вопросов, которые Украина отказалась обсуждать. Они требуют от Украины запретить «фашизм, нацизм, неонацизм и агрессивный национализм» — и с этой целью отменить шесть украинских законов (полностью или частично), которые касаются спорных аспектов истории советской эпохи, в частности роль украинских националистов во время Второй мировой войны.

(Примечание: здесь авторы не упоминают, что речь идет не только о законах, касающихся истории Советского Союза или Второй мировой войны, а о том, что для России особенно важна отмена украинских расовых и языковых законов. Но западные эксперты не говорят об этих законах в своих трудах, потому что это, вероятно, было бы слишком даже для убежденных представителей западной политики, если бы они о них знали).

Легко понять, почему Украина не хотела позволить России определять свою политику в вопросах исторической памяти, особенно в контексте договора о гарантиях безопасности. И русские знали, что из-за этих положений украинцам будет сложнее принять остальную часть договора. Поэтому их можно рассматривать как попытку сорвать договор.

(Примечание: здесь авторы противоречат сами себе, поскольку выше в статье они утверждали, что Владимир Путин был вынужден пойти на серьезные уступки из-за слабости своей армии, тогда как здесь они говорят о том, что Россия хочет сделать “попытку сорвать договор”, чтобы он был практически неприемлемым для Киева. Хочется спросить авторов: так что? Россия хотела быстро прекратить боевые действия из-за своей слабости, или она хотела сделать так, чтобы украинцам было сложнее “принять остальную часть договора”?)

Однако также возможно, что эти положения были призваны позволить Путину сохранить лицо. Например, заставив Украину отменить законы, осуждающие советское прошлое и называющие борцами за свободу украинских националистов, воевавших против Красной Армии во время Второй мировой войны, Кремль сможет утверждать, что он достиг заявленной цели «денацификации», хотя первоначальный смысл этой фразы вполне мог заключаться в свержении правительства Зеленского.

(Примечание: удивительно, что авторы подтверждают одно из самых важных обвинений российской стороны, которое западные СМИ и политики всегда решительно отрицают: в сегодняшней – якобы демократической – Украине пособники нацистов во Второй мировой войне и члены Ваффен СС почитаются как национальные герои. Именно поэтому Россия говорит о необходимой денацификации Украины).

Остается неясным, могли ли эти положения сорвать соглашение. Ведущий украинский переговорщик Арахамия преуменьшил их значение. Как он сказал в интервью украинскому телевидению в ноябре 2023 года, Россия «до последнего момента надеялась, что они [могут] заставить нас подписать такое соглашение, что мы [примем] нейтралитет. Для них это было самым большим требованием. Они были готовы закончить войну, если мы, как Финляндия [во время холодной войны], примем нейтралитет и обязуемся не вступать в НАТО».

Размер и структура украинской армии также были предметом интенсивных переговоров. По состоянию на 15 апреля обе стороны оставались весьма далекими друг от друга по этому вопросу. Украинцы хотели иметь армию мирного времени в 250 000 человек; Русские настаивали на максимальной численности в 85 000 человек, что значительно меньше, чем армия Украины до вторжения в 2022 году. Украинцы хотели 800 танков; русские требовали только 342. Разница между дальностью ракет была еще более существенной: 280 километров (украинская позиция) и всего 40 километров (российская позиция).

Переговоры намеренно обходили стороной вопрос границ и территории. Очевидно, идея заключалась в том, чтобы Путин и Зеленский решили эти вопросы на запланированном саммите. Легко представить, что Путин настаивал бы на удержании всей территории, которую его войска уже заняли. Вопрос в том, можно ли было убедить Зеленского согласиться на этот захват земель.

(Примечание: и здесь авторы противоречат сами себе, поскольку, как уже говорилось выше, вопрос о границах должен был быть урегулирован в ходе переговоров в течение 10-15 лет. Он не был включен в коммюнике марта-апреля 2022 года по уважительной причине, но то, как авторы представляют его в этом абзаце, заставляет думать, что подписание документа все же могло сорваться из-за этого вопроса).

Несмотря на эти существенные разногласия, проект от 15 апреля предполагает, что договор будет подписан в течение двух недель. Конечно, эта дата могла быть перенесена, но это показывает, что обе команды планировали действовать быстро. «В середине апреля 2022 года мы были очень близки к завершению войны мирным урегулированием», — рассказал один из украинских переговорщиков Александр Чалый во время публичного выступления в декабре 2023 года. «[Через] неделю после того, как Путин начал свою агрессию, он пришел к выводу, что совершил огромную ошибку и попытался сделать все возможное, чтобы заключить соглашение с Украиной».

ЧТО ПОШЛО НЕ ТАК?

Так почему же переговоры прервались? Путин заявил, что западные державы вмешались и сорвали сделку, потому что они были больше заинтересованы в ослаблении России, чем в прекращении войны. Он утверждал, что Борис Джонсон, который тогда был премьер-министром Великобритании, передал украинцам послание от имени «англосаксонского мира» о том, что они должны «бороться с Россией до тех пор, пока не будет достигнута победа и Россия не потерпит стратегического поражения».

Реакция Запада на эти переговоры, хоть и далека от путинской картины, конечно, была вялой. Вашингтон и его союзники глубоко скептически относились к перспективам дипломатического решения в Стамбуле; ведь коммюнике обошло стороной вопрос границ, и стороны остались далеки друг от друга по другим важным вопросам. Запад считал, что переговоры не будут успешными.

Более того, бывший американский чиновник, который в то время занимался вопросом Украины, рассказал нам, что украинцы не консультировались с Вашингтоном до тех пор, пока не было опубликовано коммюнике, хотя описанный в нем договор создал бы новые юридические обязательства для Соединенных Штатов, включая обязательство начать войну с Россией, если она снова вторгнется на Украину. Одно только это условие сделало бы договор неприемлемым для Вашингтона. Поэтому вместо того, чтобы принять Стамбульское коммюнике и последующий дипломатический процесс, Запад увеличил военную помощь Киеву и усилил давление на Россию, в том числе посредством ужесточения режима санкций.

(Примечание: попытка авторов отвлечь внимание от того факта, что именно Запад помешал заключению мирного соглашения в апреле 2022 года, довольно слаба. Сначала они утверждают, что заявления Владимира Путина не соответствуют действительности, а в следующем же абзаце пишут, что Запад не поддержал мирное соглашение, а вместо этого прислал оружие. Возникает вопрос: сам ли Зеленский прервал переговоры, которые были практически на грани успеха, или же это произошло под давлением Запада, который не был заинтересован в мире – просто потому, что Западу не понравились гарантии безопасности?

Впрочем, авторы сами описывают в следующих параграфах, как британские и американские политики в апреле бешено носились по Киеву – для чего? Побудить Зеленского к миру или с помощью пряников – то есть поставок оружия – и кнутов – то есть политического давления – убедить его продолжать борьбу и отказаться от переговоров с Россией?)

Великобритания взяла на себя инициативу. Уже 30 марта Джонсон, похоже, отказался от дипломатии, заявив, что вместо этого «мы должны продолжать ужесточать санкции по нарастающей до тех пор, пока все войска [Путина] не покинут Украину». 9 апреля Джонсон приехал в Киев — первый иностранный лидер, посетивший страну после вывода российских войск из-под Киева. Сообщается, что он сказал Зеленскому, что, по его мнению, «любая сделка с Путиным будет довольно грязной». Джонсон сказал, что сделка «была бы победой для Путина: если вы дадите ему какие-нибудь уступки, он просто возьмет их, положит себе в карман и затем будет готовиться к следующему нападению». В интервью 2023 года Арахамия поднял некоторый шум, возложив на Джонсона ответственность за исход. «Когда мы вернулись из Стамбула, — сказал он, — Борис Джонсон приехал в Киев и сказал, что мы вообще ничего с [русскими] подписывать не будем — и давайте просто воевать».

С тех пор Путин неоднократно использовал высказывания Арахамии, чтобы обвинить Запад в провале переговоров и продемонстрировать подчинение Украины ее покровителям. Несмотря на манипуляции Путина, Арахамия выявил реальную проблему: в коммюнике описывалась многосторонняя структура, которая требует готовности от Запада дипломатически работать с Россией и рассмотреть реальные гарантии безопасности для Украины. Ни то, ни другое в то время не было приоритетом для Соединенных Штатов и их союзников.

В своих публичных выступлениях американцы не отвергали дипломатию столь пренебрежительно, как Джонсон. Но они, похоже, не считали ее главным в реакции на российское вторжение. Госсекретарь Энтони Блинкен и министр обороны Ллойд Остин посетили Киев через две недели после Джонсона, в основном для того, чтобы координировать усиление военной поддержки. Как Блинкен заявил на пресс-конференции: «Стратегия, которую мы разработали – массовая поддержка Украины, массированное давление на Россию, солидарность с более чем 30 странами, участвующими в этих усилиях – дает реальные результаты».

Тем не менее, утверждение о том, что Запад вынудил Украину выйти из переговоров с Россией, необоснованно. Это подразумевает, что Киев не имел права голоса в этом вопросе. Предложения поддержки со стороны Запада, должно быть, укрепили решимость Зеленского, а отсутствие энтузиазма со стороны Запада ослабило его интерес к дипломатии. Однако в своих дискуссиях с западными лидерами сам Зеленский не уделял приоритетное внимание дипломатическим усилиям с Россией, направленным на прекращение войны. Ни Соединенные Штаты, ни их союзники не увидели с его стороны сильного требования перейти на дипломатический путь. В то время, учитывая излияние общественных симпатий на Западе, такой толчок вполне мог повлиять на политику Запада.

Зеленский также, несомненно, был возмущен Бучей, и он, вероятно, понимал, что то, что он назвал «геноцидом» России на Украине, сделает дипломатию с Москвой еще более опасной с политической точки зрения. Тем не менее, закулисная работа над проектом договора продолжалась и даже активизировалась в дни и недели после раскрытия событий в Буче, что позволяет предположить, что Буча и Ирпень были второстепенным фактором в принятии решений в Киеве.

Новая уверенность украинцев в том, что они смогут выиграть войну, также явно сыграла свою роль. Отступление русских из Киева и других крупных городов на северо-востоке и перспектива дальнейшего оружия от Запада (дороги в Киев теперь были под контролем Украины) изменило военный баланс. Оптимизм в отношении возможной победы на поле боя часто снижает интерес воюющей стороны к компромиссам за столом переговоров.

Действительно, к концу апреля Украина ужесточила свою позицию, потребовав вывода российских войск с Донбасса в качестве предварительного условия любого договора. Как заявил 2 мая председатель Совета национальной безопасности и обороны Украины Алексей Данилов: «Договор с Россией невозможен — можно принять только их капитуляцию».

И еще есть российская сторона этой истории, которую сложно оценить. Были ли переговоры хорошо срежиссированным фарсом или Москва серьезно была заинтересована в урегулировании? Или Путин передумал, когда понял, что Запад не подпишет соглашения и что позиция Украины ужесточилась?

Даже если бы Россия и Украина преодолели свои разногласия, рамки, о которых они договорились в Стамбуле, потребовали бы поддержки со стороны Соединенных Штатов и их союзников. И этим западным державам пришлось бы пойти на политический риск, вступив в переговоры с Россией и Украиной, и рискнуть собственным авторитетом, гарантируя безопасность Украины. В то время и в последующие два года в Вашингтоне и европейских столицах отсутствовала готовность проводить дипломатию с высокими ставками и действительно взять на себя обязательство прийти на защиту Украины в будущем.

Последняя причина провала переговоров заключается в том, что участники переговоров поставили телегу послевоенной структуры безопасности впереди лошади прекращения войны. Обе стороны обошли важные вопросы в управлении и смягчении конфликтов (создание гуманитарных коридоров, прекращение огня, вывод войск) и вместо этого попытались выработать что-то вроде долгосрочного мирного договора, который разрешил бы споры, которые были источником геополитической напряженности на протяжении десятилетий. Это была чрезвычайно амбициозная попытка, но она оказалась слишком амбициозной.

По правде говоря, Россия, Украина и Запад пробовали сделать и наоборот – и тоже с треском провалились. Минские соглашения, подписанные в 2014 и 2015 годах после аннексии Россией Крыма и вторжения на Донбасс, охватывали такие мелочи, как дата и время прекращения боевых действий, а также то, какую систему вооружений следует отвести и на какое расстояние. Основные проблемы безопасности обеих сторон были решены лишь косвенно, если вообще были решены.

Все это предполагает, что будущие переговоры должны продвигаться по параллельным направлениям: практические аспекты прекращения войны будут рассматриваться на одном пути, а более широкие вопросы – на другом.

ПИЩА ДЛЯ РАЗМЫШЛЕНИЙ

11 апреля 2024 года Лукашенко, один из первых посредников на российско-украинских мирных переговорах, призвал вернуться к проекту договора весны 2022 года. «Это разумная позиция», — сказал он в разговоре с Путиным в Кремле. «Это была приемлемая позиция и для Украины. Они согласились на эту позицию».

Путин его поддержал. «Они, конечно, согласились», — сказал он.

В действительности, однако, русские и украинцы так и не пришли к окончательному компромиссному тексту. Но в этом направлении они пошли дальше, чем предполагалось ранее, достигнув всеобъемлющих рамок для возможного соглашения.

После последних двух лет кровавой бойни все это может казаться давней историей. Но это напоминание о том, что Путин и Зеленский были готовы рассмотреть огромные компромиссы, чтобы положить конец войне. Поэтому, если (и когда) Киев и Москва вернутся за стол переговоров, они найдут в ящике стола идеи, которые еще могут оказаться полезными для построения прочного мира.


Заключение

В целом авторы подтверждают сообщения из России. И хотя они отрицают, что США и Великобритания оказывали давление на Киев, чтобы тот не подписывал соглашение с Россией, они также совершенно открыто заявляют, что соглашение, достигнутое в марте-апреле 2022 года явно не отвечало интересам правительства США. Таким образом, мы можем со всей определенностью утверждать одно (что подтверждают и крупнейшие американские аналитические центры – Council on Foreign Releations и корпорация RAND): правительство США в то время не сделало ничего, что способствовало бы миру.

Мы должны поверить авторам, что Вашингтон и Лондон не оказывали никакого давления на Киев за кулисами, хотя Киев был готов к заключению реального мира с Россией, условия которого не нравились США и Великобритании. Но кто в это поверит? С каких это пор США и Великобритания не оказывают давления, когда им что-то не нравится? Давление лежит в основе политики Запада во главе с США – любая страна, которая противится воле Запада, попадет под санкции и другое давление.

Как бы то ни было, авторы статьи четко указывают на то, что США не сделали ничего, чтобы поддержать мирное соглашение в апреле 2022 года. Это делает США, по крайней мере, частично ответственными за сотни тысяч смертей, которые принес и продолжает нести по сей день конфликт, который мог бы закончиться ещё в апреле 2022 года…

НОВОЕ

Немецкий журнал Spiegel: “Природный газ для домохозяйств стал на 84% дороже, по сравнению с докризисным периодом”

В своей статье Spiegel подтвердил то, о чем я пишу уже много лет: с начала 2021 года цены на газ выросли почти вдвое. Однако...

Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг выступает за обстрелы российских территорий западным оружием

В интервью изданию The Economist генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг призвал разрешить Киеву обстреливать российские территории поставляемым Западом оружием. К нему сразу же присоединился...

Дедолларизация. Китай распродает государственные облигации США, БРИКС хотят иметь собственную валюту

Дедолларизация мировой экономики продолжает набирать обороты. Китай с рекордной скоростью избавляется от американских гособлигаций, а Россия и новые страны-члены БРИКС продвигают идею создания валюты...

Читайте также

Изменений в литовской политике ожидать не стоит

В Литве сейчас проходят президентские выборы, которые вряд ли изменят политический курс страны, учитывая тот факт, что почти десять процентов литовцев не имеют права...

Медицинские эксперименты. Украинское подразделение, по всей видимости, проводит массовые эксперименты над украинцами, наемниками и военнопленными

Российская неправительственная организация опубликовала расследование об украинском подразделении, проводящем незаконные и жестокие медицинские эксперименты на людях. Содержание этой статьи многим может показаться утрированной военной пропагандой....

Франция пытается силой удержать под контролем свою колонию Новую Каледонию

В Новой Каледонии, одной из сохранившихся колоний Франции, коренное население восстало против своих колониальных правителей, потому что Франция хотела укрепить власть на архипелаге, увеличив...