ГлавнаяАналитикаИзменение правил игры. Последствия заключения союзнического договора между Россией и Северной Кореей

Изменение правил игры. Последствия заключения союзнического договора между Россией и Северной Кореей

Во время государственного визита президента России Владимира Путина в Северную Корею страны подписали договор о партнерстве, который может стать переломным моментом в международной политике.

Чрезвычайно всеобъемлющий договор о партнерстве, подписанный Россией и Северной Кореей во время государственного визита президента России Владимира Путина, способен изменить ситуацию на международной арене, поскольку он содержит еще более всеобъемлющий пункт о взаимопомощи, чем даже договор НАТО.

Альянсы с “лазейками” и без них

Даже если в рамках коллективной обороны НАТО ведутся разговоры о “ситуации, в которой член союза обязан оказать союзнику помощь”, то есть о нападении на альянс, автоматического обязательства по оказанию помощи не существует. Если на страну НАТО нападают, это нападение должно быть признано таковым всеми членами НАТО. И даже в этом случае, согласно знаменитой статье 5 договора НАТО, каждая сторона “принимает такие меры, вплоть до применения вооруженной силы, которые она сочтет необходимыми”. Таким образом, договор НАТО имеет очень много лазеек и не может быть и речи об автоматической (безусловной) обязанности по обороне.

Новый союз между Россией и Северной Кореей совсем другой. Он предусматривает, что в случае “вооруженного нападения со стороны одного или нескольких государств (…) стороны немедленно оказывают военную и иную помощь другой стороне всеми имеющимися в их распоряжении средствами”. Единственным ограничением является то, что страна, подвергшаяся нападению, должна находиться “в состоянии войны”, чтобы это условие могло быть применено.

Это ограничение, вероятно, связано с украинским конфликтом, поскольку Россия формально не находится в состоянии войны с Украиной. Однако если бы Россия провозгласила состояние войны, например, потому что обстрел российских территорий из оружия, поставляемого Киеву Западом, привел бы к этому, Северная Корея была бы обязана вступить в войну, чтобы защитить Россию от нападений с использованием западного оружия.

Именно это делает российско-северокорейский договор таким хитроумным и посылает Западу очень четкий сигнал. Кроме того, Южная Корея теперь может изменить свою политику и открыто поддержать Украину в ответ на этот договор. Таким образом, он стал переломным моментом и связал конфликты в Европе и Азии. Международным игрокам, особенно на Западе, теперь придется переосмыслить свои действия в этом контексте.

Договор также может стать реакцией на расширение НАТО в Азию, поскольку альянс все чаще говорит о желании показать себя в Тихом океане. И, конечно, договор является реакцией на создание AUKUS США, Австралией и Великобританией.

Не пустые слова

Я ни в коем случае не преувеличиваю, об этом свидетельствует реакция Северной Кореи на обстрел Севастополя американскими ракетами ATACMS в воскресенье. Заместитель председателя Центрального военного комитета (ЦВК) Трудовой партии Кореи (ТПК) Пак Чон Чхон сказал следующее:

“В текущем году, когда ситуация на поле боя на Украине развивалась в неблагоприятном направлении для марионеточной клики Зеленского, США поставили Украине тактическую ракетную систему ATACMS дальностью 300 км и допустили нанесение ударов по пограничным районам России до 200 миль (около 320 км – прим. ТАСС), – цитирует его Центральное телеграфное агентство Кореи. – США сняли мешающую им маску, под которой оказался истинный облик жестокого антироссийского конфронтационного истерика”.

Далее он заявил, что если правительство США “будут опрометчиво заставлять Украину – свою машину войны – вести опосредованную войну против России, то они неизбежно вызовут более мощное реагирование”. Он также четко заявил, что Северная Корея считает Россию страной, подвергшейся нападению в конфликте на Украине, что, в случае объявления Москвой состояния войны, приведет в действие пункт договора об автоматической взаимопомощи:

“Стратегическая контратака России для защиты своей безопасности в ответ на нарастающую угрозу со стороны враждебных сил является законным правом на самооборону, а любые ответные меры России – справедливым действием и последовательной самозащитой. Конечно, право на выбор, какой ответный удар нанести по маньякам конфронтации, принадлежит России. Мы (КНДР) всегда будем вместе с армией и народом России, которые ведут справедливую борьбу за защиту суверенного права и стратегической стабильности, территориальной целостности государства”.

Вероятно, это было четкое послание коллективному Западу, которое там тоже поняли, поскольку последствия российско-северокорейского договора в настоящее время являются доминирующей темой в западных экспертных кругах.

Анализ корреспондента российского информационного агентства ТАСС, который обобщил реакцию в Южной Корее на договор между Россией и Северной Кореей, также показывает, насколько далеко идущими являются его последствия. Поскольку это очень важно для понимания ситуации, я покажу вам этот анализ:

Визит Путина в КНДР: возрождение старого союза Москвы и Пхеньяна и реакция Сеула

Игорь Иванов — о значении визита Владимира Путина в КНДР для Корейского полуострова и о перспективах отправки южнокорейского оружия на Украину

Визит президента России Владимира Путина в Пхеньян был громким событием международной повестки сам по себе и стал очередным напоминанием, что Корейский полуостров остается в числе регионов, где переплетены интересы ключевых держав мира — России, США и Китая. Не будет преувеличением сказать, что Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве России и КНДР знаменует собой новый этап в истории этого субрегиона.

С другой стороны, итоги саммита в столице народной республики и реакция на них говорят и о возросшей самостоятельной роли обоих государств Корейского полуострова в международных отношениях. Речь идет не только о возможном появлении южнокорейского оружия на Украине. Не стоит забывать о том, что КНДР в обход режима нераспространения де-факто стала ядерной державой, способной достичь своими ракетами континентальной части США. Представления о том, что “все вернулось на круги своя”, как будто могут оттенить нынешние реалии.

На мой взгляд, на данный момент сложно сказать с полной уверенностью, куда именно заведет новый этап. КНДР с апреля ведет некие работы по укреплению межкорейской границы, а Республика Корея решила на некоторое время сохранить “стратегическую неопределенность” в отношении своих поставок Украине. Но, как представляется, по крайней мере последние два аспекта скоро перестанут быть “загадкой”. Сейчас было бы достаточным посмотреть, как в Сеуле отнеслись к тому, что произошло в Пхеньяне 19 июня.

Что сильнее?

Если кратко, Россия и КНДР заключили то, что в современных реалиях можно назвать оборонительным военным союзом. Этот альянс фактически возродился спустя 28 лет — в 1996 году соглашение с пунктом о военной помощи перестало действовать.

В какой-то степени, вероятно, новый документ стал ответом на Вашингтонскую декларацию Республики Корея и США от 26 апреля 2023 года, в результате которой начала работу консультативная группа по ядерному планированию. Теперь южнокорейские военные имеют больший доступ к информации о принципах использования американских ядерных сил и готовы участвовать в совместных с ними операциях.

В КНДР прямо говорят, что эта консультативная группа обсуждает планы по нанесению ядерного удара против них. Кроме того, при нынешнем президенте Юн Сок Ёле Республика Корея активно налаживает трехстороннее сотрудничество с США и Японией. Ким Чен Ын, в частности, сказал, что работа над новым соглашением с РФ началась после саммита на космодроме Восточный в сентябре 2023 года. Постфактум так и хочется сказать, что эта ситуация требовала какого-то ответа. (Хотя трехстороннее сотрудничество преподносится в Сеуле как реакция на развитие ядерной программы Пхеньяна — так продолжать можно до 1948 года, когда были основаны КНДР и Республика Корея.)

Появление в открытом доступе текста договора о всеобъемлющем стратегическом партнерстве позволило его сравнить с американо-южнокорейским союзом. И некоторые эксперты Южной Кореи пришли к выводу, что текст соглашения между РФ и КНДР сильнее по своей форме. “В случае если одна из Сторон подвергнется вооруженному нападению со стороны какого-либо государства или нескольких государств и окажется таким образом в состоянии войны, то другая Сторона незамедлительно окажет военную и иную помощь всеми имеющимися в ее распоряжении средствами в соответствии со статьей 51 Устава ООН и согласно законодательству КНДР и РФ”, — говорится в документе, опубликованном ЦТАК. Кстати, в договоре Северной Кореи и Китая тоже упоминается военная помощь, но без Устава ООН и национальных законов.

Часть южнокорейских аналитиков отмечает, что в американо-южнокорейском договоре о взаимной обороне 1953 года нет слов “незамедлительно”, зато есть дополнительное “в соответствии с конституционным процессом”. В третьей статье США и Республика Корея декларируют, что будут действовать в ответ на угрозу другой стороне. Это дополнение, по мнению некоторых экспертов, не обеспечивает автоматического вмешательства, а “расширенное сдерживание” США — возможность применения ядерного оружия для защиты союзника — всегда оставалось лишь на словах.

Объединению нет места

В любом случае получается довольно интересно: у КНДР два оборонительных союза, а связка Республика Корея — США — Япония обеспечивается через Вашингтон. В новых реалиях от последних можно было бы ожидать институционализации трехстороннего сотрудничества, но этому может помешать историческое прошлое и недоверие между Сеулом и Токио.

Подмечается и другая деталь: в договоре РФ и КНДР 2024 года уже не говорится об объединении Корейского полуострова в отличие от соглашений 1961 и 2000 годов. Напомню, председатель государственных дел КНДР Ким Чен Ын в конце 2023-го объявил о невозможности мирного объединения с Республикой Корея.

Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве рождает множество вопросов о его интерпретации. Владимир Путин, в частности, пояснил, почему соглашение на данный момент не создает для КНДР обязательств в связи с СВО на Украине. С другой стороны, западные СМИ часто подчеркивают, что Корейская война закончилась перемирием, а не мирным соглашением. Тот факт, что РФ и КНДР заключили де-факто оборонительный военный союз в таких условиях, говорит о действительно высоком уровне политических отношений.

“Долгожданная поездка”

С конца мая КНДР и южнокорейские активисты обменивались макулатурой и флешками с сериалами с помощью воздушных шаров. Ситуация, по местным меркам, как тогда казалось, становилась все более напряженной: дело дошло до “невыносимых мер” южнокорейского правительства в виде начала работы громкоговорителей на границе.

Сообщения о предупредительных выстрелах на границе 9 июня вызывали не столько опасения, сколько любопытство: чем же занимался взвод солдат Корейской народной армии на границе с кирками и лопатами? Позднее стало известно, что народная республика возводит оборонительные укрепления, в том числе противотанковые заграждения.

Но как будто вопреки тренду обстановка стихла: обе стороны продемонстрировали заслуживающую внимания сдержанность. Еще через какое-то время в южнокорейских СМИ даже появились осторожные предположения, не связано ли это с предстоящим визитом главы российского государства?

Южнокорейская сторона тоже готовилась к визиту Владимира Путина основательно. 16 июня начальник управления национальной безопасности администрации президента Республики Корея дал интервью, которое определило повестку в южнокорейском информационном пространстве на всю следующую неделю. В телевизионном эфире он заявил о “недопустимости пересечения определенных линий”, а в лексикон южнокорейских журналистов резко вернулись фразы “Договор СССР и Северной Кореи 1961 года” и “автоматическое военное вмешательство”.

Кроме того, южнокорейская сторона не упускала возможности напомнить, что 18 июня в Сеуле состоялось первое заседание диалога в сфере безопасности и внешней политики Республики Корея и КНР. Параллельно министр обороны РК отправился в Восточную Европу обсуждать контракты на экспорт оружия.

“Взаимная и военная помощь”

Нет причин объяснять, почему Южная Корея точно была в тройке стран, где пристальнее всего следили за саммитом РФ и КНДР в Пхеньяне. События там развивались быстро, как и менялась реакция на них. В течение нескольких дней южнокорейские издания и эксперты силились понять, что представляет собой договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве: “квазисоюз” или “полноценный альянс”. И если все-таки последнее, то достиг ли он уровня 1961 года в части пунктов, касающихся военной помощи.

Вплоть до публикации договора ощущались попытки как будто зацепиться за что-нибудь, что позволило бы зачеркнуть предположения о возрождении старого соглашения Москвы и Пхеньяна. Южнокорейские СМИ противопоставляли слова лидеров двух государств: 19 июня Владимир Путин рассказал о том, что соглашение предусматривает оказание “взаимной помощи в случае агрессии”, а Ким Чен Ын говорил о союзнических отношениях. Очевидно, что “взаимная помощь” может подразумевать не только военную, но и гуманитарную.

После публикации текста, “разбившего последние надежды” Сеула, центр обсуждений перенесся к вопросу о том, равнозначна ли “незамедлительная военная помощь” из статьи 4 “автоматическому военному вмешательству”. Размышление отнюдь не праздное, поскольку это могло подсказать, как будет реагировать правительство Республики Корея. Один из южнокорейских телеканалов предположил, что это одна из “черт, которые нельзя пересекать”.

Многие обратили внимание, что, несмотря на почти полное совпадение формулировок с документом 1961 года, в новом соглашении появилась фраза о “соответствии 51-й статье Устава ООН, законодательству РФ и КНДР”. Анонимный чиновник из администрации южнокорейского президента посчитал, что это условие позволяет не причислять статью 4 к категории пунктов, обеспечивающих “автоматическое военное вмешательство”.

Украина

Ожидаемо, но все равно громко прозвучало заявление бывшего посла РК в Москве Чан Хо Чжина о том, что в Сеуле собираются пересмотреть вопрос о прямых поставках оружия на Украину. Он объявил о дополнительных санкциях против России и утверждал, что договор РФ и КНДР угрожает безопасности Республики Корея.

Владимир Путин же подчеркнул, что договор носит оборонительный характер. “Насколько мне известно, Республика Корея агрессию в отношении КНДР не планирует, а значит, бояться нашего сотрудничества в этой сфере нет никакой необходимости”, — сказал президент.

Сразу после брифинга последовали заявления анонимного чиновника администрации президента о том, что Республика Корея сохранит на какое-то время “стратегическую неопределенность” и не раскроет, какие виды оружия могут быть поставлены на Украину. Из его слов действительно следовало, что поначалу дело даже якобы может ограничиться оборонительными и “нелетальными видами вооружения” типа систем ПРО и инженерных машин. В связи с этим сразу вспоминается зенитно-ракетный комплекс “Чхонгун”, который был разработан с помощью российских организаций.

23 июня снова выступил Чан Хо Чжин и дал основания думать, что его комментарий об Украине был ответом не столько на договор, сколько на определенные слова президента РФ. Владимир Путин в Пхеньяне напомнил о поставках американских истребителей F-16 на Украину и в связи с этим не исключил военно-технического сотрудничества с КНДР. Авиапарк Корейской народной армии, как считается на Западе, довольно стар.

Южнокорейский чиновник сказал, что Республика Корея перестанет “соблюдать всякие ограничения” в отношении поставок оружия на Украину, если Россия передаст ключевые военные технологии Пхеньяну. “В последнее время Россия приближалась к красным линиям”, — сказал Чан Хо Чжин, вероятно, об оборонительном союзе с КНДР. По его словам, решения Южной Кореи будут зависеть от действий Москвы. При этом в Сеуле давно называли якобы существующую возможность передачи современных военных технологий, касающихся атомных подводных лодок и межконтинентальных баллистических ракет, “красной линией”.

Пытаться угадать, что в итоге предпримет Республика Корея, дело неблагодарное. В ситуации “стратегической неопределенности” даже видится, что в Сеуле готовы ограничиться для начала “половинчатыми” мерами — теми же инженерными машинами или на крайний случай ПРО. К тому же южнокорейская сторона может прибегнуть к “проверенному” методу — “косвенным поставкам”.

Как будто усиливая двусмысленность, Чан Хо Чжин все еще призывал подумать о том, что будет с отношениями РФ и Республики Корея после завершения специальной военной операции. Часть экспертов предлагала России отправить специального посланника, который довел бы до Сеула позицию Москвы насчет договора. При этом стоит вспомнить, что Республика Корея входит в список недружественных стран, и не просто так.

С другой стороны, в среде южнокорейских консерваторов снова заговорили о необходимости создания собственного ядерного оружия в ответ на формирование “блока” РФ, КНР и КНДР — все три страны обладают атомной бомбой. Снова появились предложения о “совместном использовании” ядерного оружия с США и его возвращении на юг полуострова. Словно это у них “универсальный рецепт на любую болезнь”.

Перспективы

При этом армия Республики Корея — в десятке сильнейших на планете, ее военно-промышленный комплекс занимает все большую долю мирового рынка, в том числе восполняя арсеналы доноров военной помощи Украине в Восточной Европе. Южная Корея — один из мировых лидеров по размеру артиллерийского парка, впрочем, как и КНДР.

Поставки боеприпасов из Южной Кореи на Украину, думаю, будут иметь свое значение. В прошлом году, согласно информации СМИ, “косвенные поставки” снарядов калибра 155 мм из РК превысили объемы экспорта всей Европы. Местные компании, по тем же данным, могут производить до 200 тыс. снарядов этого калибра в год.

С другой стороны, по данным западной прессы, Россия производит 250 тыс. снарядов в месяц, а весь Запад может отправить на Украину 100 тыс. штук. Как утверждается, украинская сторона тратит в месяц 75 тыс. снарядов, а российская — 300 тыс. боеприпасов. Как видно, передача южнокорейского оружия вряд ли коренным образом изменит ситуацию, зато это точно разрушит двусторонние отношения РФ и Республики Корея.

Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве официально закрепил союзнический характер отношений с КНДР, а Республика Корея давно входит в число недружественных стран. Предстоит увидеть, останется ли актуальной концепция “наиболее дружественной из недружественных стран” в отношении Южной Кореи.

НОВОЕ

Интервью с председателем правительства Запорожской области Ириной Гехт

На этой неделе я покажу вам еще одно интервью из моей летней поездки на фронт, которое вышло в моей немецкой телепередаче. На этот раз...

LIHOP, MIHOP, преступник-одиночка? Покушение на Трампа и ощущение дежавю

Покушение на Трампа вызывает вопросы и проводит параллели с прошлым. Пока всё сводится лишь к догадкам, но я постараюсь сформулировать наиболее важные вопросы. Ответов...

Душераздирающий рассказ о пережитом. Немецкий блогер на протяжении двух лет подвергался преследованиям и пыткам со стороны СБУ на Украине

Немецкий блогер, проживший на Украине около десяти лет, более двух лет подвергался преследованиям и пыткам со стороны СБУ. При этом немецкое посольство отказывалось ему...

Читайте также

Украина и Азия. Что НАТО хочет обсудить на предстоящем саммите и как Орбан мешает процессу

Украина будет доминирующей, но не единственной болезненной темой на предстоящем саммите НАТО. Члены НАТО откладывают вступление Украины в альянс, послужившее причиной эскалации войны на...

Душераздирающий рассказ о пережитом. Немецкий блогер на протяжении двух лет подвергался преследованиям и пыткам со стороны СБУ на Украине

Немецкий блогер, проживший на Украине около десяти лет, более двух лет подвергался преследованиям и пыткам со стороны СБУ. При этом немецкое посольство отказывалось ему...

Нормализация отношений? Путин выступит посредником на встрече Эрдогана и Асада

Судя по всему, посредничество Владимира Путина приближает встречу между президентами Турции и Сирии. Это стало бы еще одним шагом к стабилизации Ближнего Востока, после...