Евросоюз внёс гражданина Швейцарии Жака Бода в свой санкционный список. Обоснование этого шага многое говорит о состоянии самого ЕС. И я, к сожалению, могу подтвердить, опираясь на собственный опыт, что в случае с Бодом ситуация даже хуже, чем кажется на первый взгляд.
Чтобы стало понятно, что означает ввод санкций против Жака Бода — и, особенно, о чём говорят нам заявленные причины этих мер — мне нужно немного пояснить ситуацию. В мае ЕС ввёл санкции против меня, поэтому на сегодняшний день я гораздо лучше, чем Жак Бод, понимаю, что означают такие меры и что за ними стоит.
Важно осознавать, что причины, приведённые ЕС в заявлении о вводе санкций, носят общий характер и никоим образом не являются исчерпывающими. Чтобы выяснить, в чём именно Евросоюз обвиняет человека, необходимо через адвоката запросить фактические внутренние обвинения.
Как вы, думаю, знаете, публиковать подробности текущих разбирательств нельзя, поэтому я не могу вдаваться в детали, но скажу одно: в моем случае мне потребовались месяцы, чтобы получить эти внутренние обоснования от ЕС. К сожалению, я не могу раскрыть их содержание полностью, но приоткрою завесу: по моему мнению и мнению моего адвоката, юридического обоснования для ввода санкций против меня нет. Текст, который мы получили, выглядит так, будто его написали некие активисты, а не эксперты или даже юристы. В некоторых случаях приведённые обоснования вызывают сомнения в компетентности авторов, поскольку, с одной стороны, меня обвиняют в распространении дезинформации в конкретных случаях, а с другой в обосновании утверждается, что то, о чём я сообщал, правда. Больше я ничего сказать не могу, но эта переписка с Евросоюзом — как бы это помягче сказать? — дала мне интересное представление о внутренней работе объединения и о компетентности вовлечённых в неё людей.
За что Жак Бод попал под санкции
Так как за семь месяцев нахождения под санкциями я набрался определённого опыта, я естественно, по-другому смотрю на европейские заявления относительно причин ввода санкций в отношении Жака Бода. Опубликованный Евросоюзом текст содержит, по сути, только два обвинения против Бода, которые я хотел бы процитировать.
Первое:
“Жак Бод, бывший полковник швейцарской армии и стратегический аналитик, является постоянным гостем пророссийских теле- и радиопрограмм”.
Ну, во-первых, ни один закон ЕС или стран-членов не запрещает быть “гостем на пророссийских теле- и радиопрограммах”. Поэтому речь идёт не о нарушении каких-либо законов, а о выражении политических взглядов. Санкции Евросоюза за то, что человек имеет своё собственное политическое мнение (не нарушающее никаких законов!), красноречиво говорят о состоянии свободы слова и прессы в ЕС.
После введения санкций Жак Бод дал несколько интервью, в которых заявил, что никогда не появлялся в российских СМИ и даже отказывался от их предложений.
Основываясь на своём опыте с санкциями ЕС, я настоятельно советую Жаку Боду запросить через юриста внутренние обоснования, поскольку они должны содержать примеры его предполагаемых появлений в российских СМИ.
А теперь о моих предположениях: я думаю, что некоторые российские СМИ, вероятно, сообщали о Жаке Боде и цитировали его заявления. Это защищено авторскими правами на цитирование, даже в рамках ЕС, и все мы знаем, что СМИ по всему миру цитируют заявления экспертов из других медиа. Но для европейцев этого, вероятно, было достаточно, чтобы обвинить Жака Бода в том, что он является “постоянным гостем пророссийских теле- и радиопрограмм” несмотря на то, что сам он никогда не общался с российскими средствами массовой информации.
Второе обвинение ЕС звучит так:
“Он выступает рупором пророссийской пропаганды и распространяет теории заговора, например, обвиняя Украину в том, что та самостоятельно инсценировала вторжение на свою территорию, чтобы вступить в НАТО”.
Это особенно забавно, потому что Евросоюз мог бы ввести против меня санкции за то же самое, ведь я сообщал об этом ещё в 2022 году. Однако тогда европейцы почему-то упустили это из виду или же просто забыли об этом в своём официальном обосновании введения санкций.
Жак Бод, кстати, всего лишь процитировал Алексея Арестовича, очень влиятельного (на то время) советника Зеленского. В интервью 18 марта 2019 года, незадолго до несомненной победы последнего на выборах, Арестовича спросили о планах нового правительства. Завязался следующий диалог:
— С вероятностью 99,9% наша цена за вступление в НАТО — это большая война с Россией. А если мы не вступим в НАТО — это поглощение Россией в течение 10-12 лет. А теперь давайте выбирать.
— И что же лучше в таком случае?
— Конечно, крупная война с Россией и переход в НАТО по результатам победы над Россией.
— А что такое по факту — крупная война с Россией?
— Это наступательная воздушная операция, вторжение российских армий, которые они создали на наших границах, осада Киева, попытка окружить войска, которые в АТО находятся, прорыв через Крымский перешеек, выход на Каховское водохранилище, чтобы воду в Крым дать, наступление с территории Беларуси, создание новых народных республик, диверсии по объектам критической инфраструктуры и т.д., воздушный десант. Вот что такое полноценная война. И вероятность ее 99%.
— И когда же?
— Самое критическое — в 2020-2022 годы. Потом следующий критический период — 2024-2026 годы и 2028-2030 годы. Может быть и три войны с Россией.
— А может Украина получить ПДЧ в НАТО и не ввязаться в большую войну с Россией?
— Никак.
До своего увольнения в январе 2023 года Арестович был одним из основных стратегов и советников Зеленского по вопросам внешней политики. Его главной целью было членство Украины в НАТО, и непосредственно перед победой Зеленского на выборах — и за три года до эскалации — он заявил, что для достижения этой цели необходима война с Россией. Он даже правильно предсказал сроки, что неудивительно, учитывая, что он был правой рукой Зеленского, который работал над подготовкой к войне для достижения своей цели.
Жак Бод просто процитировал Арестовича, не поддерживая это заявление. Однако за это простое цитирование высказывания тогдашнего важнейшего советника Зеленского по вопросам внешней политики Жака Бода решили положить в пакет европейских санкций.
Что это говорит о Евросоюзе
Таким образом, в ЕС наказывают санкциями даже за обычное цитирование явно прозападных деятелей. Заявление Арестовича не было российской пропагандой, и он явно был прозападным. Но цитирование его слов наказуемо, ведь оно не соответствует желаемому нарративу о якобы совершенно “неспровоцированной, жестокой российской агрессивной войне”.
Это многое говорит о сегодняшнем Евросоюзе, потому что получается, что ЕС запрещает правдивые цитаты, если они не соответствуют той версии событий, которую он хочет показать своей аудитории. Или, проще говоря: ЕС наказывает тех, кто говорит правду.
Это, в свою очередь, означает, что европейцы вынуждены лгать, чтобы оправдать свой политический курс. Другими словами, политический курс ЕС в отношении России и Украины основан — по крайней мере, частично — на лжи. А тех, кто говорит правду, наказывают санкциями.
Кстати, в этом ЕС и Украина похожи, потому что в другом интервью в апреле 2022 года, когда война уже вспыхнула, а Киев только что прервал переговоры с Россией в Стамбуле (которые практически привели к соглашению и миру), Арестович сказал:
“Одна из центральных идей Украины состоит в том, чтобы как можно больше врать себе и другим. Потому что, если сказать правду, рухнет все”.
Похоже, Евросоюз, услышав это, решил взять с украинцев пример. Или как ещё объяснить, что ЕС наказывает Жака Бода за правильную цитату советника Зеленского по внешней политике?
Западные источники
Недавно Жак Бод заявил в интервью Berliner Zeitung следующее:
“Чтобы моя работа не была воспринята как пропаганда, я систематически отклонял приглашения от таких СМИ, как ТАСС и RT. В своих книгах и видеопрезентациях я использую исключительно западные или украинские источники. Моя цель заключалась в том, чтобы показать, что можно иметь иной взгляд на украинский конфликт, даже не прибегая к российской пропаганде”.
В этом мы с Жаком Бодом похожи, потому что я тоже в значительной степени полагаюсь на западные СМИ и аналитические центры и перевожу их тексты на немецкий язык. Действительно, иную точку зрения на конфликт на Украине можно получить и “не прибегая к российской пропаганде”, но такую информацию очень трудно найти, потому что европейские СМИ обычно не сообщают о том, что хотят скрыть. Однако многое можно найти в американских СМИ (включая либеральные медиа, такие как New York Times и другие), и ещё больше — в украинских СМИ.
Есть две причины, по которым я так много перевожу из российских СМИ: во-первых, западные СМИ очень многое игнорируют или сообщают о событиях только спустя месяцы, и во-вторых, я хочу показать немецкой аудитории, как российские медиа освещают ту или иную ситуацию.
Тот факт, что Жак Бод был наказан за корректное цитирование прозападных источников, таких как Арестович, и за использование западных СМИ в своих анализах при попытке “показать, что можно иметь иной взгляд на украинский конфликт, даже не прибегая к российской пропаганде”, убедительно показывает нам, что цель Евросоюза — используя слова Арестовича — “как можно больше врать себе и другим. Потому что, если сказать правду, рухнет всё”.
В этом свете европейские санкции против Жака Бода, меня и других являются, прежде всего, актом отчаяния, демонстрирующим, насколько слабым и нестабильным стал Евросоюз и насколько его лидеры теперь боятся правды.
Если бы Европейский Союз не спровоцировал эту ситуацию сам — и несмотря на многочисленные предупреждения о её неизбежности — его можно было бы, наверное, даже пожалеть.